Сегодня 28 марта 2017 года
Для слабовидящих

Главное меню

ТЕЛЕВИДЕНИЕ

customs-tv

Таможня: чтобы не было за державу обидно!

Есть такая профессия – таможенник. Профессия – очень нужная государству, в значительной мере обеспечивающая его экономическую безопасность. Работе таможни посвящаются книги, кинофильмы, материалы в СМИ. Правда, далеко не всегда сотрудники этого ведомства показываются как ответственные, честные, преданные своему делу люди. Что ж греха таить, встречаются среди них и такие, которые предали свой долг, нарушили присягу. Но разве могут они перечеркнуть все то хорошее, доброе, что делают тысячи и тысячи рядовых сотрудников? Об одном из них – мой рассказ, полностью основанный на реальных событиях.

Герой моего очерка мой одноклассник Александр. «Господин случай» подарил нам неожиданную встречу спустя много лет. Захотелось поговорить, вспомнить, как учились в школе, о чем мечтали, что сбылось, а что нет. Учились мы неплохо, хотя и отличниками не были. Увлекались историей, морской тематикой, читали рассказы К.М.Станюковича. Любимой книгой Александра был роман А.Н.Степанова «Порт Артур». Я мечтал стать конструктором, а Саша врачом. Но в жизни не всегда получается, как хочется. В те годы был самый разгар «холодной войны» и заводам требовались специалисты электронщики. Это и определило наш дальнейший жизненный путь. Мы оба поступили в техникум Морского приборостроения, а по его окончании работали регулировщиками радиоаппаратуры на одном из почтовых ящиков, строили ракеты. Саша окончил Ленинградский институт авиационного приборостроения и занялся конструированием этих самых ракет. В Александре мне всегда нравилась выдержка, в любой ситуации он не терял головы, хотя и склонность к риску тоже была. Еще учась в техникуме он «заболел» альпинизмом, объездил и Кавказ, и Тянь-Шань, и Памир. На нашем предприятии существовала тогда группа спортсменов-единомышленников. Принимали участие во всех городских соревнованиях: бегали с Дворцовой площади в г.Пушкин на призы газеты «Вечерний Ленинград», в 1980 г. бежали по льду Ладожского озера по Дороге Жизни от памятника «Разорванное кольцо» в Кобону, а это ни много ни мало тридцать два километра, в тот же олимпийский год бежали дистанцию в сто километров, в велосипедной гонке Александр был награждён памятным вымпелом «За волю к победе». Грянула перестройка, завод закрылся - судьба развела нас в разные стороны. Надо было как-то выживать, Саша стал заниматься промышленным альпинизмом, благо рискованной работы в Петербурге хватало, а потом поступил на службу в таможенные органы в отдел таможенных расследований, что было для меня полной неожиданностью. Саша, мечтавший спасать жизни людей, это я понимал, но таможня?...

Работа таможенника весьма разноплановая. В основном это довольно напряженная рутинная жизнь, как на таможенных постах и таможенных переходах, так и в отделе таможенных расследований, который сейчас называется отделом административных расследований. Работа трудная еще и потому, что цена ошибки очень велика: не собрал доказательства по делу - оно проиграно в суде, государство не доберет платежей, а сотрудника за нерадивость могут привлечь к дисциплинарной ответственности. Получишь выговор – остался без премии на целый год, а ведь зарплата таможенника весьма невысока. При этом руководство не всегда понимает, что сотрудник таможни все-таки живой человек, а не машина и компьютер, и может совершать ошибки.

Любая работа может быть интересна, если к ней подойти творчески. Когда удается раскрыть сложное административное правонарушение, доказать вину лица и выиграть дело в арбитражном суде, это вызывает чувство удовлетворения. «Если бы в жизни не было возвышенных моментов, я не уверен, что ее бы следовало оберегать», - говорил Саша. Ради этого он и пошел в таможню. Известная фраза Ф.Э. Дзержинского, что у чекиста должны быть чистые руки, горячее сердце и холодная голова может быть применима и к сотруднику таможни. Из разговора я понял, что для Александра не является пустым звуком присяга должностного лица таможенного органа. Знаний о следственной работе у него не было, но отсутствие опыта заменила въедливость, скрупулезность, внимательность к незначительным на первый взгляд деталям, словом, он отдавал себя любому делу целиком.

Александру приходилось вести производство по разным делам о нарушении таможенных правил, и я попросил его поделиться своими впечатлениями, показать тонкости работы следователя. Рассказанный случай из его практики характерен для сотрудника правоохранительного блока таможни. Эта история случилась около десяти лет назад и тянет на хороший детектив – запутанный, многоходовой, с многочисленными ответвлениями сюжетных линий, где замешаны бизнесмены, большие деньги, дорогие машины и милиционеры. Впрочем, рассказывать все подробности здесь нет смысла, вот только суть.

Все началось с того, как заместитель начальника таможни поручил ему получить материал проверки в прокуратуре Ленинградской области. Следователя прокуратуры Владислава Александр знал уже около двух лет по совместной работе. Контрабандисты в ту пору повадились ввозить иномарки, и на основании поддельных таможенных документов ставили на учет в каком-нибудь областном МРЭО, а потом продавали слишком доверчивым покупателям. Страдали люди, а государство не получало таможенные платежи.

Из документов следовало, что двое граждан ввезли в Российскую Федерацию три новеньких VOLVO-840, по поддельным таможенным документам поставили их на учет в МРЭО г.Кингисеппа, в этот же день сняли с учета и продали зарегистрированной в Москве фирме «Масфен». На автомобили областной прокуратурой был наложен арест,  а находиться они должны были в Москве на одной из охраняемых стоянок. Ничто не предвещало проблем, обычное рядовое дело. Саша возбудил дела о нарушении таможенных правил на физических лиц, направил запрос на завод «VOLVO», отдельное поручение в московскую автогрузовую таможню (МАГТ) на изъятие автомобилей и занялся другими делами.

Неприятности начались дней через десять со звонка сотрудника МАГТ, который его огорошил: «Коллега, ты нас подставил!!! Ты знаешь, с кем ты связался?». И он поведал Александру, что директор фирмы «Масфен» имеет родственные связи с бывшим министром внутренних дел СССР, со всеми вытекающими последствиями. «Мы ничего сделать не сможем, выкручивайся сам», - таков был ответ. Делать нечего, оформил Саша на два дня командировку в Москву и поехал изымать автомобили.

 К слову сказать, командировка вообще дело нелегкое, а особенно командировка по делу о нарушении таможенных правил. Приходится ориентироваться в незнакомой обстановке, становиться участником неожиданных событий, порой принимать неординарные скоропалительные решения. Очень непросто работать на территории нарушителя, когда один противостоишь группе лиц, которые стараются дезинформировать сотрудника таможни, проводящего расследование. Если раньше при перемещении через таможенную границу контрабандный товар прятали в других товарах, то сейчас, нарушение таможенных правил стараются прятать в документы. Отличить подлинный и поддельный документы весьма не просто. Проблема еще в том, что нет возможности посоветоваться с коллегами.

В Москве Александра ожидало разочарование, автомобилей на стоянке не оказалось. Начал понимать, что директор фирмы «Масфен» его опередил. Оставалось одно, ехать непосредственно в фирму. В Сокольниках есть охраняемый парк, на территории которого среди голубых елей  находится пара-тройка небольших зданий. Бельэтаж одного из них занимала фирма «Масфен». Александр не был пропущен в офис фирмы. Разговор велся по переговорному устройству и никакие доводы о необходимости общения с директором фирмы, о проведении процессуальных действий на секретаря фирмы не подействовали. Явно издеваясь, она предлагала записаться к директору на прием. Общение с любым человеком через порог вообще неуважительно, а отказ впустить в офис уполномоченное должностное лицо, это уже проявление неуважения к государству, в данном случае в лице сотрудника таможни. Как рассказал Саша, это было явной ошибкой секретаря, так как к усталости от бессонной ночи добавилось еще и возмущение, и он решил ни при каких обстоятельствах ни в чем не давать спуску организации, сотрудники которой не уважают закон.

С благодарностью Саша вспоминал руководство Московской почтовой таможни, куда ему пришлось обратиться за помощью. В его распоряжение был командирован сотрудник оперативного отдела, который оценив сложность ситуации, обратился за помощью в ОБЭП Москвы. Вторично прибыли в офис фирмы уже во второй половине дня и снова не были допущены в офис. Более того, неожиданно появилась группа милиционеров из местного РУВД, которые были вызваны по звонку из офиса и стали чинить препятствия сотрудникам таможни. Положение разрешили прибывшие по вызову уполномоченного ОБЭП сотрудники ОМОН. Возражать против таких аргументов милиционеры не стали и Александр, наконец, был пропущен в офис фирмы. Итак, все процессуальные действия выполнены, представителю фирмы вручено предписание о необходимости предоставления автомобилей для осмотра и идентификации. Командировка завершена, но дело не окончено, директор не был заинтересован показывать автомобили, а вдруг таможня их заберет. Таможенный  кодекс Российской Федерации 1993 года предусматривал конфискацию, которую таможенные органы имели право применять сами. Чтобы переговоры с фирмой «Масфен» проходили легче, пришлось дать ориентировки в ГАИ. Видимо, у директора начались сложности, потому что, месяца через три он пригласил сотрудника таможни прибыть в Москву для предъявления автомобилей.

На встречу с директором фирмы Александр ехал не с пустыми руками. Пришел, наконец, ответ с завода «VOLVO». Оказывается, фирма «Масфен» напрямую приобрела в Швеции эти автомобили. Но руководитель фирмы, очевидно, до такой степени был алчен и не уважал государство, что не мог смириться с необходимостью уплаты таможенных платежей и ввез автомобили через подставных лиц. К слову сказать, эта фирма, являлась одной из крупнейших в России организаций по торговле нефтью. Она бы и не заметила расходов, уплатив необходимые таможенные пошлины. Состав правонарушения налицо. Оставалось забрать автомобили. Хорошо изучив за эти месяцы характер директора, Саша понимал, что неожиданностей не избежать. Было ясно, директор не отдаст автомобили, так как на них наложен арест прокуратурой Ленинградской области. Пришлось взять у Владислава постановление о снятии ареста. Директор не отдаст автомобили, так как сделает вид, что не верит отмене ареста прокуратурой Ленинградской области. С Владиславом было условлено, что он ни на минуту не выйдет из кабинета и будет возле телефона. Даже если автомобили будут предъявлены, директор постарается их не отдавать, организует угон или что-нибудь в этом роде. Значит, в фирме «Масфен» надо быть уже с водителями одного из московских складов временного хранения, сотрудничавших с МАГТ.

 На площадке перед офисом стояли три новеньких VOLVO-840, но в каком виде; без колес, без стеклоочистителей, без аккумуляторов, слиты бензин и масло. Директор цинично заявил, что все это пришло в полную негодность, что он не верит в снятие ареста Ленинградской прокуратурой и не может отдать машины. Противодействие было оказано серьезнейшее, и только предусмотрительность и осознание собственной правоты позволили выиграть это единоборство. Очень уж не хотелось директору, а пришлось укомплектовать автомобили необходимыми деталями.

Третья и последняя командировка опять-таки принесла неожиданности. Было необходимо перегнать машины из Москвы на один из складов в зоне деятельности Санкт-Петербургской таможни, однако, руководство склада, где хранились автомобили, выставило таможне счет, многократно превосходящий все существующие тарифы. Как потом оказалось, это было сделано умышленно. Уж очень хотелось, кому то поучаствовать в реализации этих машин. Руководство склада приняло представителей таможни приветливо, настолько приветливо, что у Александра появилось нехорошее чувство. Пригласили в кабинет. Предложили подождать, пока банк не подтвердит оплату хранения автомобилей – копии платежного поручения о переводе средств, не поверили. Завязался разговор, что называется, за жизнь. На столе появился коньяк. Одно настораживало, рюмка у сотрудника таможни оказалась больше, чем у директора склада и его заместителя. Отказаться разделить застолье было невозможно. Руководство склада имело множество возможностей не отдавать машины, они испытывали сотрудника таможни на прочность и тянули время. Саша видел это и дал себе установку, не подписывать никаких документов и ничего не обещать. Наконец, поступила информация из банка о переводе денег, однако, руководство склада не спешило выдавать автомобили, ссылаясь на то, что кладовщик загулял и унес ключ с собой. Пауза затягивалась, в ход пошла вторая бутылка коньяка, затем третья, а между тем, директор в разговоре вдруг намекнул, что одна из машин не заводится и ее желательно оставить для реализации на их складе. Поскольку обстоятельства складывались неблагоприятно и могли повлечь непредусмотренные финансовые расходы, появилась необходимость согласования этого вопроса с руководством таможни. В то время сотовый телефон еще был редкостью, во всяком случае, у Александра его не было, а звонить из кабинета директора склада было невозможно. Пришлось сделать вид, что надо посетить родственников. Только так удалось переговорить с руководством и заручиться его поддержкой. Даже в том случае, если машины будут не на ходу, было дано добро о перевозке их на эвакуаторах. Это облегчало дело. К тому времени и директора склада, и его заместителя до такой степени развезло, что дальнейший разговор контролировал уже сотрудник таможни. Услышав категоричный, но вежливый отказ оставить  автомобиль ему на реализацию, директор ушел от этой темы и наконец, допустил Александра на склад. Выяснилось, что одна из машин действительно была выведена из строя, в нескольких местах была перерезана электропроводка, но с Александром были опытные специалисты. Они сумели разобраться в устройстве VOLVO и поставить машину на ход.

Фирма «Масфен» проиграла суды в арбитраже и апелляционных инстанциях, и автомобили были конфискованы. Успех в этом непростом деле был определен слаженностью действий многих должностных лиц как Санкт-Петербургской, так и Московской почтовой таможен, поддержкой коллег, опытностью работников других структур, сотрудничавших с таможенными органами.

Вот лишь один случай из практики таможенных расследований, о котором поведал мне Александр. А сколько их выпадает на долю каждого рядового сотрудника, когда личная ответственность, чувство локтя, верность своему долгу решают успех дела.

- Знаешь, - в конце своего рассказа откровенно признался Саша, - в таможню я пришел уже достаточно зрелым человеком, успел поработать в других местах, да и специальность моя по образованию – не таможенная. А вот если б пришлось трудовую жизнь начинать сначала – я бы начал ее в таможенных органах. Уж больно пришлась мне эта работа по душе. Прикипел я к ней, как говорится, навсегда.

Грачёв Владимир Германович, начальник учётно-регистрационного отделения Санкт-Петербургской таможни